Проект «Сталин, Черчилль, Рузвельт: совместная борьба с нацизмом»

Поиск

Подготовка и начало Тегеранской конференции (1942–1943 гг.)

А. М. Герасимов. Тегеранская конференция руководителей трех держав. 1945. Холст, масло. 308 × 403 см ГТГ

«Условным наименованием для этой операции должно быть слово “Эврика”»: подготовка и начало Тегеранской конференции (1942–1943 гг.)

Советский Союз имел серьезные претензии к своим западным союзникам. Главная проблема заключалась в том, что они неохотно шли на выполнение взятых обязательств. Однако с их стороны ситуация выглядела совершенно иначе. По мнению английских и американских партнеров, советская сторона требовала слишком много. Д. и. н. В.О.Печатнов приводит следующие свидетельства современников: «Русские очень утомительные союзники: они назойливы, неуклюжи, неблагодарны, скрытны, полны подозрений и беспрестанно требуют большего, но они делают свое дело». Это мнение главного помощника главы Форин-офис О. Харви, высказанное после разгрома немецких дивизий под Сталинградом, но думается, что эта идея витала в воздухе на всех этапах сотрудничества.

Как уже говорилось ранее, визиты В. М. Молотова в Лондон и Вашингтон завершились выработкой коммюнике, согласно которому Второй фронт будет открыт. Однако в документе не было сказано, где именно будет совершена высадка англо-американского десанта. Прибывший в июне 1942 года в США У. Черчилль настоял на проведении операции в Северной Африке.

31 июля 1942 года В.М.Молотов направляет на имя премьер-министра У. Черчилля приглашение посетить Москву:

«Я был бы весьма признателен Вам, если бы Вы смогли прибыть в СССР для совместного рассмотрения неотложных вопросов войны против Гитлера, угроза со стороны которого в отношении Англии, США и СССР теперь достигла особой силы».

cherchil_book_080420__154__0001.jpg

Шифртелеграмма В. М.Молотова послу СССР в Лондоне И. М.Майскому с текстом приглашения И. В.Сталина У. Черчиллю посетить СССР. 31 июля­ 1942. РГАСПИ


Британский премьер охотно согласился. В своих мемуарах Черчилль вспоминал о поездке так:

«Я размышлял о своей миссии в это угрюмое, зловещее большевистское государство… Генерал Уэйвелл, у которого были литературные способности, суммировал все это в стихотворении, которое он показал мне накануне вечером. В нем было несколько четверостиший, и последняя строка каждого из них звучала: «Не будет второго фронта в 1942 году». Это было все равно, что везти большой кусок льда на Северный полюс. Тем не менее я был уверен, что я обязан лично сообщить им факты и поговорить обо всем этом лицом к лицу со Сталиным, а не полагаться на телеграммы и посредников. Это, по крайней мере, показывало, что об их судьбе заботятся и понимают, что означает их борьба для войны вообще <…> Я прибыл в Кремль и впервые встретился с великим революционным вождем и мудрым русским государственным деятелем и воином, с которым в течение следующих трех лет мне предстояло поддерживать близкие, суровые, но всегда волнующие, а иногда даже сердечные отношения. Наше совещание продолжалось около четырех часов. <…> Первые два часа были унылыми и мрачными. Я сразу же начал с вопроса о втором фронте, заявив, что хочу говорить откровенно и хотел бы, чтобы Сталин тоже проявил полную откровенность. Я не приехал бы в Москву, если бы не был уверен, что он сможет обсуждать реальные вещи. <…> Английское и американское правительства не считают для себя возможным предпринять крупную операцию в сентябре, являющемся последним месяцем, в течение которого можно полагаться на погоду».

В записке У. Черчилля И. В. Сталину от 14 августа 1942 года говорилось:

«Самым лучшим видом второго фронта в 1942 году, единственно возможной значительной по масштабу операцией со стороны Атлантического океана является “Факел”. Если эта операция сможет быть осуществлена в октябре, она окажет больше помощи России, чем всякий иной план». Операция «Факел» предполагала высадку войск союзников в Северной Африке, так что ни на какую высадку в Северной Франции рассчитывать не приходилось.

17658745656125.jpg

Ответный меморандум У.Черчилля И. В.Сталину. 14 августа­ 1942. Перевод с английского языка. Оригинал на английском языке. РГАСПИ


Перемену планов союзников исследователи рассматривают в контексте неудач Красной армии на советско-германском фронте.

Весенне-летнее наступление 1942 года обернулось катастрофой, немецкие войска выдвинулись к Волге и Кавказу. Авторы «Системной истории международных отношений» отмечают: «На конец 1942 — начало 1943 г. положение в антифашистской коалиции оставалось противоречивым. Основной удар германских войск по-прежнему принимал на себя Советский Союз. Вопрос о втором фронте продолжал вызывать взаимное раздражение. О послевоенном урегулировании было сказано много, но решено не было ничего. <…> До сих пор Сталин не имел случая встретиться с Рузвельтом. Черчиллю же Сталин абсолютно не доверял».

Становилась очевидной необходимость провести трехстороннюю встречу, чтобы прояснить дальнейшие планы.

С начала 1943 года баланс сил на фронтах существенно изменился. В январе И. В. Сталин сообщал У. Черчиллю, что «операции наших войск на фронтах против немцев идут пока неплохо. Доканчиваем ликвидацию окруженной группы немецких войск под Сталинградом». Последовавшее за окружением успешное развитие наступления на Курской дуге создавало для союзников опасность, что СССР начнет освобождение Европы без их участия. В августе 1943 года союзники совершают высадку на Сицилии, начинается Итальянская кампания.

Несколько ранее, в мае 1943 года, президент Рузвельт предложил Сталину провести переговоры без участия Черчилля:

«Мой дорогой Сталин… Я хочу избежать трудностей, связанных с конференциями с большим количеством участников либо с рутиной дипломатических переговоров. Поэтому наиболее простым и наиболее практичным методом, о котором я думаю, была бы неофициальная и совершенно простая встреча между нами в течение нескольких дней. <...> Поэтому я предлагаю, чтобы мы встретились либо на Вашей стороне, либо на моей стороне Берингова пролива. <...> ...и Вы и я переговорили бы неофициальным порядком, и между нами состоялось бы то, что мы называем “мозговой встречей”».

Черчилль, опасавшийся советско-американского сближения, не мог допустить переговоров без своего участия.

На конференции в Квебеке в августе 1943 года Черчилль и Рузвельт пришли к соглашению о высадке десанта в Северной Франции 1 мая 1944 года. Московская конференция глав МИД трех стран, проходившая в октябре 1943 года, подтвердила намерения союзников. Таким образом, была подготовлена почва для плодотворного переговорного процесса руководителей СССР, США и Великобритании.

В личном послании И. В. Сталину от 27 сентября 1943 года У. Черчилль писал:

«Я обдумывал нашу встречу глав правительств в Тегеране. Надежные подготовительные мероприятия должны быть проведены для обеспечения безопасности в этом, до некоторой степени слабо контролируемом, районе. <...> Я предлагаю также, чтобы в будущей переписке по этому вопросу мы пользовались выражением “Каир Три” вместо Тегерана, которого больше не следует упоминать, а также, что условным наименованием для этой операции должно быть слово “Эврика”...»

81726597612525218569812656125.jpg

Нота посла Великобритании А. Керра В. М. Молотову с текстом личного и строго секретного послания У. Черчилля И. В. Сталину об организации встречи в Тегеране. 27 сентября­ 1943. Перевод с английского языка. РГАСПИ


Подготовка встречи в столице Ирана велась с размахом. В первую очередь участников волновал вопрос безопасности. Также сохранилось множество карт и схем, связанных с обеспечением бесперебойной связи.

cherchil_book_080420__212__0001.jpg

План города Тегерана с обозначением важнейших объектов. Фрагмент. 1943. РГВА


Несмотря на приложенные усилия, британский премьер остался недоволен организацией встречи:

«Английский посланник встретил меня на своей машине, и мы отправились с аэродрома в нашу дипломатическую миссию. По пути нашего следования в город на протяжении почти 3 миль через каждые 50 ярдов были расставлены персидские конные патрули. Таким образом, каждый злоумышленник мог знать, какая важная особа приезжает и каким путем она проследует. Не было никакой защиты на случай, если бы нашлись два-три решительных человека, вооруженных пистолетами или бомбой».

Еще одна сложность заключалась в расположении резиденций Сталина, Рузвельта и Черчилля:

«Здание английской миссии и окружающие его сады почти примыкают к советскому посольству, и поскольку англо-индийская бригада, которой было поручено нас охранять, поддерживала прямую связь с еще более многочисленными русскими войсками, окружавшими их владение, то вскоре они объединились, и мы, таким образом, оказались в изолированном районе, в котором соблюдались все меры предосторожности военного времени».

cherchil_book_080420__213__0001.jpg

Схема связи с посольствами и официальными представителями СССР на Тегеранской конференции. 1943. РГВА


Согласно поговорке, что семеро одного не ждут, Черчилль и Сталин стали уговаривать Рузвельта переехать соответственно в британскую или советскую резиденцию. Эллиот Рузвельт вспоминал:

«Я направился, разумеется, прежде всего в американскую миссию, но там мне сказали, что отец остановился в советском посольстве. Как мне стало позднее известно, это объяснялось серьезными причинами. Вначале отец отклонил приглашение, исходившее от самого маршала Сталина, мотивируя это тем, что он чувствовал бы себя более независимо, не будучи ничьим гостем; кроме того, он уже раньше отклонил приглашение, полученное от англичан, и теперь боялся обидеть их, приняв приглашение русских. Но все же соображения удобства и, что было еще важнее, безопасности в конечном счете побудили его согласиться. <...> Разумеется, русские приложили все усилия, чтобы сделать отцу приятным его пребывание в посольстве: Сталин сам поселился в одном из домов поменьше, предоставив отцу главное здание».

Черчилль вспоминал об этом с присущей ему иронией:

«Мы уговорили Рузвельта принять этот разумный совет, и на следующий день он со всем своим штатом, включая и превосходных филиппинских поваров с его яхты, переехал в русское владение, где ему было отведено обширное и удобное помещение. Таким образом, мы все оказались внутри одного круга и могли спокойно, без помех, обсуждать проблемы мировой войны. Я очень удобно устроился в английской миссии, и мне нужно было пройти всего лишь несколько сот ярдов до здания советского посольства, которое на время превратилось, можно сказать, в центр всего мира».

Переговоры в Тегеране начались 28 ноября 1943 года.

         

Проект «Сталин, Черчилль, Рузвельт: совместная борьба с нацизмом» реализован при поддержке фонда президентских грантов

Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях

 

facebook blue vk blue zen red
logo

123376, г. Москва, ул. Красная Пресня, д. 28, стр. 2, офис 3/305

+7 (499) 253-90-01

fond@svyazepoh.ru

© 2019 - 2020 Фонд «Связь Эпох»
Все права защищены. Любое копирование материалов на сайте запрещено. © Дизайн и разработка.

Room Booking

Thanks for staying with us! Please fill out the form below and our staff will be in contact with your shortly.